Право на ответ в СМИ

Судебные споры между гражданами и юридическими лицами, с одной стороны, и средствами массовой информации, с другой стороны, в связи с распространением последними информационных материалов в подавляющем большинстве случаев связаны с исками, предъявленными на основании статьи 7 ГК УССР. Упомянутая статья предоставляет право требовать по суду опровержения сведений, не соответствующих действительности или неправдиво изложенных, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию истцов, либо причиняющих вред их интересам. Анализ гражданских дел по искам об опровержении позволяет заключить, что значительное количество претензий к СМИ вполне укладывается в схему гражданско-правовой защиты интересов лица, реализуемую в пределах так называемого “права на ответ”.

Вот характерные примеры. Один из политиков посчитал порочащими его честь и достоинство и требовал опровергнуть слова телеведущего, содержащиеся в его интервью газете, о том, что политик звонил ведущему и извинялся. В другом случае судом были признаны не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство сведения об осуждении бывшего работника милиции к лишению свободы сроком на пять лет, в то время, когда по приговору суда истцу было назначено к отбытию наказания три года и шесть месяцев лишения свободы. В первом примере если даже предположить, что сведения были неправдивыми (либо у ответчика не было возможности представить доказательства правдивости своих слов), факт обращения с извинениями не может порочить честь и достоинство, поскольку ничего неблаговидного ни с точки зрения законодательства, ни с позиции морали в таком поступке не усматривается. Что касается второго примера, то вряд ли информация о размере наказания способна опорочить честь и достоинство осужденного при наличии доказанного позорящего факта — совершения этим лицом тяжкого преступления. Несомненно, граждане и предприятия сообразно принципу полноты и точности информации (статья 5 Закона Украины “Об информации”) вправе ожидать соответствия сообщаемых о них фактов действительным обстоятельствам. Однако в случае отсутствия у распространенных и неточно отражающих фактические события сведений обязательного характеризующего признака “порочить честь, достоинство или деловую репутацию” предъявление иска на основании статьи 7 ГК УССР вряд ли обосновано. В подобных случаях более адекватным способом защиты являлся бы уточняющий либо содержащий по необходимости в том числе и собственную версию события ответ в СМИ, распространившем такую информацию.

Имею право ответить.

Право на ответ как институт информационного права призван регулировать внесудебный порядок защиты интересов граждан и юридических лиц в связи с распространением сведений, нарушающих их интересы. Право на ответ применяется, в частности, в случае наличия фактических ошибок или неточностей в распространенной информации. Что касается публичных лиц, деятельность которых находится в сфере повышенного внимания СМИ, то право на ответ может служить защитой в случае критики “не по адресу” либо “чрезмерной” критики. Правом на ответ представляется возможным воспользоваться в случае некорректного изложения сведений из-за диссонанса с контекстом или по иным причинам, а также в случае обнародования мнений и оценок, не подлежащих опровержению. Право на ответ реализуется по соглашению заявителя и редакции СМИ либо телерадиоорганизации в разнообразных формах (уточнение, реплика, комментарий, полемика, изложение своего мнения) и рассматривается как обоюдоприемлемый способ решения конфликтов в информационной сфере: лицо, чей интерес нарушен, имеет возможность настаивать на выгодном ракурсе своего ответа, а СМИ, в свою очередь, контролирует содержание такого ответа и ограждает себя от исков, связанных с опровержением информации и возмещением причиненного вреда.

Законодательные нормы, регулирующие право на ответ, содержатся, в частности, в статье 37 Закона Украины “О печатных средствах массовой информации (прессе) на Украине” и статье 43 Закона Украины “О телевидении и радиовещании”. Однако на практике указанные нормы практически не применяются — в доступных мне информационных источниках, а также в собственной практике не нашлось примеров спорных ситуаций, связанных с реализацией права на ответ. Подобное положение дел, на наш взгляд, обусловлено в первую очередь отождествлением права на защиту чести, достоинства и деловой репутации путем опровержения информации по суду и права на ответ по специальным законодательным актам. Если в статье 43 Закона Украины “О телевидении и радиовещании” право на ответ все же вычленяется как один из способов реагирования на распространенную информацию наряду с требованием об опровержении, то в соответствии со статьей 37 Закона Украины “О печатных средствах массовой информации (прессе) на Украине”, ответ — это лишь форма опровержения. Второй причиной такого положения дел является противоречивый подход законодателя к регулированию способов защиты охраняемых законом интересов в информационной сфере: они могут защищаться как в судебном (статья 7 ГК УССР), так и во внесудебном порядке — на основании правовых норм, содержащихся в указанных выше статьях Законов Украины “О телевидении и радиовещании” и “О печатных средствах массовой информации (прессе) на Украине”.

Ответите в суде.

Нам представляется, что “неработоспособность” законодательных предписаний по праву на ответ объясняется не только несовершенством его законодательного регулирования. Значительным сдерживающим фактором в практическом развитии данного правового института является отсутствие четкой позиции судов в делах о защите чести и достоинства по двум принципиальным моментам:

1) касательно разграничения фактических данных, подлежащих опровержению, и оценочных суждений (мнений, взглядов, идей, оценок) как умозаключений, не обладающих способностью соответствовать либо не соответствовать действительности;

2) касательно квалификации сведений как которые порочащих лицо и, следовательно, дающих право на судебную защиту субъективного права на уважение чести и достоинства личности. И пока суды будут соглашаться с явно “потолочными” аргументами на манер того, что неточное указание должности истца или местности, где истец предпочитает отдыхать летом, унижает их честь в глазах окружающих и оскорбительно для человеческого достоинства, опровергать суждения, да еще и компенсировать при этом якобы причиненный распространением таких сведений моральный ущерб, потребность воспользоваться правом на ответ крайне сомнительна.

Обеспечивая условия для удовлетворения информационных потребностей граждан Украины, юридических лиц и государственных органов, СМИ обязаны по закону самостоятельно нести отрицательные последствия распространения информации, нарушающей права иных лиц. Поскольку в современных условиях задачей СМИ стало не только распространение информации о происходящем, но и предоставление адекватных комментариев событий и фактов, с учетом обновленной социальной функции СМИ, нуждаются в пересмотре положения статьи 7 ГК УССР в части защиты подачей иска в суд интересов граждан и организаций — внесудебный порядок защиты охраняемых законом интересов, в том числе и с использованием права на ответ, представляется вполне адекватным: принцип свободы массовой информации ущербен при наличии жесткого самоконтроля СМИ.

Также необходимо нормативно закрепить требования к характеру информации, предоставляющей возможность воспользоваться правом на ответ, и к порядку реализации такого права (сроки обращения заинтересованного лица и рассмотрения редакцией СМИ или телерадиоорганизацией обращения, форма ответа, основания для отказа в предоставлении права на ответ). Предлагаемые изменения ничуть не ущемят права граждан и предприятий в информационной сфере, поскольку споры, связанные с реализацией права на ответ, рассматриваются судами, и лицо, которому, на его взгляд, неправомерно отказали в ответной реплике, вправе обжаловать такие действия в установленном законом порядке.

Совершенствование внесудебного порядка решения конфликтов с участием СМИ в законодательстве и на практике оправдано также с точки зрения достижения дисциплинирующего эффекта в части исключения злоупотребления правами при судебном преследовании СМИ с целью извлечения личной (в том числе и материальной) выгоды, т.к. способно минимизировать количество претензий, связанных с выражением в СМИ взглядов, оценочных суждений и идей, не нуждающихся в каких-либо документальных обоснованиях, а то и с элементарными ошибками или неточностями.

Подобные изменения, к тому же, позволят ограничить неправомерное вмешательство государства в сферу свободы слова, а также расширят возможности саморегулирования СМИ и создадут благоприятные условия для формирования правил, закрепляющих профессиональные и этические требования к работе журналистов, заменивших советские “цензурно-идеологические” начала регулирования деятельности СМИ.

ЩЕДРИНА Ольга — аналитик